Вступление

Хилеры – психические хирурги

Карла Рюккерт:

Я ходила на работу до начала 1976 года, она была моей последней работой. Дело в том, что в детстве я перенесла подростковый ревматоидный артрит с несколькими осложнениями. Одним из них была волчанка. Мне было тринадцать лет, когда мои почки вышли из строя. Продвинутых технологий, доступных ныне тем, чьи почки вышли из строя, в 1956 году не существовало. По существу, то, что я выжила, было чудом. Но при этом я потеряла половину каждой почки.

Считаю, что мне очень повезло, что при таких сложных заболеваниях мне удаётся до сих пор вести активную физическую и духовную жизнь. Даже сейчас, поддерживая себя с помощью гимнастики, диеты, друзей и веры, я чувствую себя самой счастливой. Но моя двигательная активность ограничена.

К настоящему моменту исследование, которое мы провели с Доном, вывело нас на очень необычный вид целительства. Серьёзным побуждением к исследованию оного была моя болезнь. Так называемая психическая хирургия имела косвенное к ортодоксальной хирургии, и никакого отношения к ортодоксальной медицине. Она из того разряда, что и все случаи «исцеления с помощью веры», её невозможно доказать, поэтому самой естественной реакцией не только учёных, но и просто людей, не выполнявших исследования по этой теме – автоматическое «выключение» вопроса в своей голове и полное неверие.

Этого и следовало ожидать. И, если бы мы в течение долгих лет не занимались исследованиями по схожим случаям, возможно, такой же была бы и наша реакция. Однако мы, как и многие другие, занимавшиеся исследованием психической хирургии, знали, что ничего не теряем, исследуя такую возможность. Ни один из пациентов психической хирургии не умер, потому что с физическим телом пациента ничего и не делали. Форма исцеления же чисто психическая. В общем, мы провели много времени на Филиппинах и в Мексике, изучая возможности психической хирургии.

Вот пример того, как работает психический хирург и что видно человеческому глазу: спальня где-то на Филиппинах, пациент раздет, на нём только те части одежды, которые прикрывают стыдное место, он лежит на кровати, которая в некоторых случаях может быть покрыта простой душевой занавеской, обычно позаимствованной из ванны мотеля. Хилер – это, как правило, очень религиозный человек, проведший десять или двенадцать лет своей жизни в одиночестве где-нибудь в лесу на вулканических горах Лузона, в постоянных молитвах, чтобы Бог ниспослал ему возможность стать хилером – входит в комнату. Он входит с пустыми руками, иногда у него в руках Библия. Часто его сопровождает помощник, выступающий то в роли переводчика и использующий термины, известные в нашей культуре, то как ассистент хирурга, или, если говорить точнее, уборщика.

Обычно целитель немного говорит по-английски. Он или она начинает с того, что водит руками, ладонями вниз, над телом пациента. Нам сказали, что это метод сканирования тела, вроде рентгена. Затем на теле выбирается место проведения хирургической операции, и, если целитель правша, его левая рука сильно нажимает на кожу. Кажется, что кожа будто расходиться в стороны, как от пореза, и становится видно, что находится внутри, под кожей. Этот момент настолько реален, что любой, кто смотрел, как настоящий хилер проделывает это, может поклясться, что кожа расходится сама собой, лишь под нажимом. Затем правая рука целителя входит внутрь тела и производит манипуляции внутри тела.

В самом интересном случае, в котором я сама принимала участие, целителю сказали, что у меня артрит. С помощью ассистента он исследовал моё тело. Затем «открыл» мою брюшную полость и мягко, но уверенно, вытащил с чмокающим звуком то, что выглядело как некие мягкие внутренние органы, а не суставы. Я ничего не чувствовала, но мне, как пациенту, было очень странно, поскольку в мягких органах артрита по определению не бывает. Затем он извлёк из моих внутренностей то, что казалось на вид тремя маленькими окровавленными кусочками, причём в середине каждого из них был маленький твёрдый кусочек той же субстанции. После этого целитель убрал левую руку. «Разрез» исчез, не оставив ни шрама, ни следа. Затем двое мужчин вытерли шваброй то, что казалось приличным количеством крови, ополоснули руки, взяли детский крем и начали молча втирать его в кожу живота.

Когда я спросила, что именно проделывал целитель в моей брюшной полости, переводчик (после обмена репликами с хилером) разъяснил, что сканирование выявило наличие трёх кист на правом яичнике и неправильное расположение или опущение обоих яичников, которое образовалось за много лет активной жизни. Вытягивая из меня кисты, хилер сместил яичники так, чтобы я не испытывала дискомфорта в период менструаций. Ту же цель преследовало удаление кист.

Хотя мой гинеколог обнаружил эти три маленькие кисты ещё когда я была молодой женщиной, я никогда не говорила о них ни Дону, ни кому-то другому, поскольку такой разговор был бы неуместным. Единственным человеком, кто знал о кистах, была моя мать, но она находилась в 12 000 милях от меня.

Вернувшись в Соединённые Штаты, я пошла на обследование к гинекологу, и он подтвердил, что три кисты больше не пальпируются. Они исчезли, и соответственно мои менструации стали протекать намного лучше.

Массаж с помощью детского крема – очень упрощённая и ненавязчивая форма магнитного целительства, при котором произносятся молитвы, и вокруг области операции визуализируется защитный свет, помогающий исцелению.

Дон и я верим, что «открытие» тела для удаления поражённых частей, «закрытие» тела и проявление крови и всех других материалов – всё это материализация того же вида, что и материализация привидений с НЛО. Поэтому мы никогда не предпринимали попыток сохранить образцы такой хирургии. Мы знаем, что они не удовлетворили бы критериям существующего сегодня негибкого метода учёных. Да и мы, если бы рассматривали результаты их анализа подобной манифестации, ничего бы не обнаружили.

Может показаться, что любой человек, независимо от того, как бы ни было велико его желание исцелиться, начал бы нервничать и испытывать тревогу, поскольку само по себе подобное «открытие» тела, физическое или психическое – очень травмирующее. Как только руки целителя оказываются в твоём теле, у каждого человека, который прошёл через этот опыт, происходит изменение эмоционального и ментального состояния. Психические хирурги называют это присутствием Святого Духа. Следует полагать, что это – неотъемлемая часть явления.

Позже, в конце 1977, начале 1978 года, мы сопровождали доктора Андрию Пухарича и его ассистентов в Мехико, они поехали туда с целью посмотреть на работу мексиканского психического хирурга – 78-летней женщины по имени Пакита, практиковавшей вот уже много лет. Дар пришёл к ней на поле сражения, когда она находилась в рядах армии Панчо Вилья. И, как и с филиппинскими хилерами, большинство её пациентов были местными жителями, а не американцами. Единственным отличием её техники было разница в культурах. На Филиппинах хилерство возникло из сильнейшей христианской веры, которое на протяжении 300 лет проповедовали католические миссионеры. Христианство было практически центром жизни филиппинского крестьянина. Почти все филиппинцы ежедневно ходили к мессе. И когда Дон и я были там во время Святой Недели в 1975 году, мы увидели весьма либеральный вид христианства, практикуемый там. Например, в Страстную пятницу на улицах Манилы проходил традиционный католический парад ношения креста. Единственным существенным отличием этого парада было то, что к кресту гвоздями прибивалось человеческое существо. Многие оспаривали эту честь. Тот, кто удостаивался такой чести и кого затем попросили высказаться, отвечал, что он очень воодушевлён и очень надеется, что его изберут для этой церемонии и в следующем году.

В Мексике же, если и христианство и есть, в общем, оно кое-где есть, то оно представляет собой лишь верхний слой мощных верований индейцев – верований весьма суровых и настраивающих на определённые размышления. Можно вспомнить про массовые убийства майя на крутых ступенях мексиканских пирамид.

Пакита пользовалась очень тупым ножом с лезвием длиной чуть более дециметра. Она пустила его по кругу среди членов всей исследовательской группы, наблюдая за нашей реакцией, особенно за моей, поскольку я была «подопытным кроликом». Поскольку «операция» прошла на мне, а я лежала на животе, то мне трудно свидетельствовать по существу, но Дон рассказал потом, что нож будто вошёл сантиметров на 10 в мою спину, а затем подвигался туда-сюда вдоль позвоночника. Это повторилось насколько раз. Пакита сказала, что работала с моими почками. И вновь мы никак не пытались зарегистрировать «свидетельство», ибо знали, что это ни к чему не приведёт. Многие пробовали изучить психическую хирургию, анализируя её плоды, но обнаруживали либо неубедительные, либо нулевые результаты, лишь подтверждающие, что психическая хирургия – это обман.

В книге «Ариго» Джона Фуллера скрупулёзно описывается работа доктора Пухарича с южноамериканским целителем по имени Ариго. Для всех, кто интересуется этой необычной темой, эта книга – неплохое начало. После «операции» Пакиты я ни разу не проверялась у ортодоксального врача на предмет обнаружения хотя бы чего-нибудь. Причина проста: процедура, используемая для исследования почек, если они уже достаточно повреждены, может повредить им ещё больше, поэтому я сомневалась, что найдётся какой-нибудь доктор, который согласится пойти на такой риск. Сам доктор Пухарич не советовал мне проходить через эту процедуру.

При всех разочарованиях, исследования в области, граничащие со спорными психическими явлениями, всё же являются очень информативными, они вознаграждают терпеливого исследователя, чей подход к проблеме заключается скорее в собирании данных, нежели в попытке, шаг за шагом, подтвердить ту или иную гипотезу, на основе которых он проводит своё исследование. В «Материалах Ра» обсуждаются проявления такого вида материализации, и эта информация очень интересна.

Вернувшись в Соединённые Штаты, я, поскольку уже больше не могла работать машинисткой, стала предлагать всем желающим недельные курсы медитации и брать продвинутых учеников для индивидуальной работы. В 1978 году Джим Аллен Маккарти услышал о нашей группе поначалу от людей, занимавшихся с нами медитациями по воскресным вечерам, они затем создали «центр света» и охраны природы в графстве Мэрион, штат Кентукки, а затем – из двухчасовой радиопередачи, с вопросами от слушателей прямо в эфире, в которой мы с Доном принимали участие, из Лексингтона, тоже штат Кентукки. Джим пришёл к нам вместе с большой группой людей из того самого «центра света» из графства Мэрион. Джиму хотелось «испытать» наши медитации. После двух медитаций эта группа перестала приходить на медитации. Кроме Джима, который, начиная с весны 1980 года, почти каждую неделю совершал поездку почти в 200 км туда и обратно, посещая нашу группу. Много лет он искал способ, как помочь человечеству. Он родился в 1947 году, получил учёную степень в бизнесе и образовании, изучал альтернативные методы обучения расширению сознания. Некоторое время он работал с детьми, но всё чаще и чаще стал испытывать приступы желания попытаться найти более ясное осознание того, а что же он ищет.

В 1972 году Джим поступил на курсы расширения сознания, называвшихся «Самоконтроль мозга», к неприветливому старцу, жившему в бревенчатой хижине на высоте 3 000 метров в Скалистых Горах, в штате Колорадо. Там он впервые узнал, что существуют способы коммуникации с высокоразвитыми цивилизациями из внешнего космоса не с помощью искусственных средств (радио, телеграфа или электронных устройств), а посредством лобных долей человеческого мозга.

Поскольку этот очень прямой опыт был обретён в дикой местности, среди скал, сосен и можжевельника, он решил найти такой же по пустынности участок земли, на котором мог бы начать предлагать опыты самоконтроля мозга и другим людям. На участке в 132 акра в центральном Кентукки, до которого можно было добраться только сплавляясь по небольшой речушке, Джим основал «Научно-Исследовательские Лаборатории Рок Крик» и начал работать над темой, близкой его сердцу – эволюцией человечества. Он провёл несколько семинаров по этой теме, но обнаружил, что эта область знаний местных жителей интересует очень мало. Тогда он стал снова отшельником ещё на 6,5 лет: сам выращивал пищу, медитировал и учился. Ему всё ещё было крайне любопытно, а что это такое – ясное, двустороннее общение с продвинутыми разумными существами, поэтому-то он так и наслаждался медитациями с нашей группой в Луисвилле. Ещё до этого он интересовался работой другой группы, в Орегоне. Осенью 1980 года он переехал из Кентукки в Орегон, чтобы работать с группой, предположительно принимавшей послания из того же источника, что и Эдгар Кейси получал в глубоком трансе.

Те знания, которые Джим получил из воскресных вечерних встреч в нашей группе и продвинутого обучения со мной, видимо, помогли его внутреннему поиску, оказались ему близки, поэтому после двух месяцев, проведённых в Орегоне, он решил вернуться в Луисвилль и работать со мной и Доном. 23 декабря 1980 года он приехал в Луисвилль, преодолев расстояние в 8 000 км из лесов центрального Кентукки в Орегон и назад в Луисвилль.

Дон и я были бесконечно рады помощи Маккарти. Его способности были сверхъестественными. Он помнил метафизический материал времён учёбы в колледже и все последующие годы много читал. Поэтому он приступил к нашей работе, будучи очень хорошо информирован по теме. Он взял на себя техническую часть исследований: хранение данных, ведение записей, расшифровку магнитофонных лент и вёл всю корреспонденцию, которую я запустила из-за болезни. Джим, всегда очень аккуратный, продал свою землю. Компания «Л/Л Ризёрч» объединилась с «Научно-исследовательскими Лабораториями Рок Крик», сохранив своё старое название для публикаций. Мы купили новую пишущую машинку – пальцы Джима, огрубевшие за 6,5 лет отшельнической жизни, намного превышали скорость моего печатания на электрической пишущей машинке. Итак, мы приступили… к чему? Мы этого не знали.

Мы обсуждали написание новой книги, чтобы обновить материал «Секретов НЛО», и приготовили чистую бумагу для записей. Джим начал заново анализировать и приводить в порядок наши объёмные файлы. А спустя три недели после его приезда начался контакт с Ра.

Все годы, что я занималась чэннелингом, я всегда действовала сознательно, по своей свободной воле, и выражала телепатические концепции на своём родном языке. В 1980 году Элейн Флаэрти – мой давний друг и член медитативной группы, умерла в расцвете сил. Она с детства страдала диабетом и умерла в тридцать лет. Много дней я провела рядом с ней в больнице, пока её душа, наконец, не покинула тело. Несколько раз она говорила, что ей хочется, чтобы её муж Том узнал, что после смерти с ней всё будет хорошо. Она знала, что умирает. То же самое она говорила Тому – члену группы медитаций в течение многих лет.

После похорон Том пришёл ко мне и попросил меня войти в контакт с Элейн. Пройдя через многие сеансы чэннелинга, но не имея ни малейшей склонности к общению с физически умершими родственниками, сначала я противилась попыткам такого «медиумизма». Однако это были мои хорошие друзья, и я не могла отказать Тому. При первой попытке присутствовали Том, Дон и сын Элейн и Тома, Майк. После нескольких сознательных предложений себя для контакта с Элейн, я вдруг перестала ощущать ход времени. А когда я очнулась, Том дал мне прослушать то, что на ленте было похоже на голос Элейн, говорящей через меня. Это был мой первый опыт с трансом. Я не знала, что произошло, не знаю и по сей день. Том спросил ещё раз, попробую ли я снова, и вновь я вошла в то, что, казалось, было очень глубоким трансом, ничего не помня и не слыша. Лишь после сеанса я узнала и услышала голос Элейн. Дон сказал, что если бы он слушал голос из соседней комнаты, не видя меня, он был бы на 100% уверен, что это была Элейн.

Эта работа сильно меня истощила, поэтому я попросила Тома смириться с тем, что я больше не хочу продолжать быть такого рода медиумом. Том согласился, ответив, что получил всё, обещанное Элейн, и вполне удовлетворён. Однако уже через несколько дней, работая с одним продвинутым учеником по имени Леонард Сесил, я получила новый контакт, которого никогда не было раньше. Как всегда, именем Христа я потребовала, чтобы сущность ушла, если она не пришла в качестве посланца Сознания Иисуса. Сущность осталась, поэтому я открылась этому каналу. И вновь я сразу впала в транс, а сущность, назвавшая себя Ра, начала сеансы контактов с нами. Этот замечательный контакт продолжается, хотя для меня и является источником какого-то безпокойства.

Человек, который впервые решает становиться голосовым каналом при чэннелинге (инструментом), уже совершил шаг, весьма нелёгкий для некоторых людей: согласился говорить словами того, кого не может контролировать. Если чэннелинг совершается по свободной воле, всегда можно спокойно прекратить сеанс. Однако можно и начать нести полную чушь, поскольку инструмент никогда не знает заранее, какой будет следующая концепция. Спешу добавить, что в моём опыте подобного никогда не происходило, все сеансы чэннелинга, проходившие через меня, всегда были наполнены смыслом, а во многих случаях они были даже весьма вдохновляющими. Тем не менее, в обществе, где учат осторожному обращению со словами, кажется безответственным просто выбалтывать то, что приходит вам на ум.

Когда для того, чтобы контакт состоялся, мне нужно входить в транс, моё безпокойство перерастает в состояние, близкое к панике. Я не знаю, как работает процедура вхождения в транс, поэтому всегда боюсь, что на сеансе ничего не произойдёт, я останусь в сознании и не получу контакт. И вновь повторю, такого никогда не случалось. Поскольку ни я, ни другие члены нашей группы не знают, как помочь мне войти в «транс», не остаётся ничего другого, кроме как двигаться вперёд. Дон говорит, что хотя мое состояние транса похоже на трансовые состояния других, которые он наблюдал, происходит то, что он бы назвал «телепатическим приёмом в трансовом состоянии».

Хотя я читала литературу и много лет была библиотекарем, само по себе чтение – это для меня лишь возможность узнать одно или два новых слова, обогащая мой ум в области науки и восполняя то, что отсутствовало в моём образовании.

Но больше всего меня волновало то, что какой-нибудь человек, читающий этот материал, сочтёт, что это человеческое существо (я) обладает мудростью, которой обладал Ра. Если вас впечатлит эта работа, я могу только просить, чтобы вы проводили чёткую грань между словами и «медиумом», через которого приходят эти слова. Например, вы же не ожидаете, что водосточная труба отвечает за качество воды, текущей по ней. Конечно, все мы в исследовательской группе, посредством медитаций и повседневной жизни, пытаемся готовить себя для этих сеансов. Тем не менее, то, что приходит через нашу группу, остаётся самим по себе и не отражает мудрости или так называемого духовного продвижения любого из её членов. Как говорится в известной поговорке: «Все мы одним мирром мазаны».

Если во время чтения книги у вас возникнут вопросы, не стесняйтесь, пишите нам, в группу «Рок Крик». Её корреспондент, Джим, ответит на все письма. И поскольку ему самому есть, что сказать и чем поделиться, он и завершит это введение.

Вступление (Джим МакКарти)