Адмиралу Макарову принадлежит мысль, что лучше иметь 12 крейсеров по 3 000 т, чем 3 по 12 000 т. Эти слова отражают факт неготовности и к ведению крейсерской войны, войны на перерезание морских торговых путей у берегов Японии и удушение её экономики.

Были люди, которые видели, что нужно флоту, по крайней мере для крейсерской войны, но их точка зрения не нашла отражения в кораблестроительных программах.

Сами же русские кораблестроительные программы должны были завершиться по плану на год — два позднее японских.

Отставал флот и в технике, прежде всего в артиллерии. Россия не имела современных фугасных снарядов. И если в первой (артурской) эскадре примерно четверть снарядов не взрывалась, то для второй (цусимской) эскадры был заготовлен боезапас, в котором снаряды были снаряжены невзрывающимся пироксилином повышенной влажности (под предлогом, чтобы в тропиках избежать самовозгорания артиллерийских погребов, так как экипажи-де не смогут поддерживать необходимый температурный режим в погребах). Если бы снаряды взрывались, то Цусима не была бы разгромом флота, хотя выиграть её вряд ли бы удалось; уж больно низок был уровень боевой подготовки.

Всё это, конечно, цепь случайностей, но через цепь случайностей пролагает себе дорогу закономерность. Эта закономерность была враждебна интересам многонационального верноподданного капитала Российской империи.

И та же враждебная России закономерность пролагала себе дорогу через цепь случайностей во флоте Японской империи, который имел и развитую систему базирования, и сбалансированный, в отличие от русского, корабельный состав, построенный на верфях США, Англии, Италии и там же подготовленный персонал. Стоило это японцам «в йеночку».

Война началась нападением японских миноносцев на русские корабли в Порт-Артуре. Вообще, в истории Порт-Артура и Перл-Харбора много общего: и там, и там центральная власть держала командование флота в неведении относительно реального состояния отношений с Японией; и там, и там препятствовали проведению мероприятий по исключению возможности внезапного удара противника по кораблям, и там, и там центральная власть при своих заявлениях о миролюбии своими действиями провоцировала Японию на начало военных операций.

Интересно и то, что сейчас в СССР о Перл-Харборе можно найти кое-какую информацию, раскрывающую закулисную механику событий, (например, кн.Н.Н. Яковлева), но что происходило за кулисами Порт-Артура, это обходится молчанием, повторяются только пустые слова о бездарности царского правительства. Но кто, что конкретно делал, кто давал советы? Этого не узнать в книгах советского периода*.

КОММЕНТАРИЙ

* «Расплата» Семёнова (не Юлиана[1] — пошлописца), а русского капитана 2 ранга, участника русско-японской войны после революции не переиздавалась[2]. Слишком откровенно вспоминал он о будущем[3] в начале XX века, и тем самым мог заставить задуматься офицерский корпус Страны Советов о причинах наших сегодняшних поражений «без войны»:

«Неужели в Порт-Артуре не было энергичных людей, которые бы взяли дело в свои руки, повели его должным образом?» — спрашивает автор и честно отвечает, — «конечно, были, но все они словно находились под гипнозом распоряжений Наместника (Е.Алексеева). Ведь предложить делать что-нибудь совсем по-новому, значит осудить старое, а это старое было освящено самим Наместником, сурово каравшим за всякую тень сомнения в его непогрешимости. Это не Макаров, который прямо требовал, чтобы всякий открыто высказывал своё мнение, который считал, что лучше самое горячее объяснение, чем затаённое несогласие, неизменно ведущее к пассивному повиновению или пассивному сопротивлению, между которыми провести разницу почти невозможною (…)

— Там, в этой атмосфере, не мог не появиться Фемистокл, который сказал бы: «Бей, но выслушай!» Там господствовали люди, кредо которых было: «Обо всём промолчу, со всеми соглашусь, только бы не били, а приласкали!»

(…) в этой атмосфере, которая была им создана (речь идёт об адмирале Алексееве, хотя всё сказанное справедливо в отношении и С.Г.Горшкова[4], и нынешнего ГК ВМФ В.Н.Чернавина[5]), члены различных совещаний только и думали о том, как бы угадать мысли его превосходительства. Кто их умел угадывать — процветал; кто плохо угадывал, но старался — к тому отношение было снисходительное; но кто смел «своё суждение иметь» — над тем можно было поставить крест».

Для нашего современника «Расплата» удивительна тем, что вышла из печати в 1906 г., т.е. когда и Николай II, и Наместник были живы и не в «опале».

Бюрократия монархии существовала, но ограниченно подконтрольная международному сионистскому капиталу, она не осмеливалась нагло расправляться со свободомыслием офицеров-патриотов отстаивающих политическую независимость, т.е. САМОдержавие России. С монархией у нас покончено в начале века, а к концу века, как мы убедились, гнёт новой бюрократии возрос настолько, что стал сегодня вопросам № 1 во всех областях нашей жизни, в том числе и в вопросах военного строительства. Тогда чья она, новая бюрократия, особенно жестоко расправляющаяся с патриотами, отстаивающими независимость Родины? Вряд ли народ согласится, что новая бюрократия народная.

В силу своей неготовности к войне флот не справился со своими задачами, и война приняла затяжной сухопутный характер. После Цусимского разгрома Россия стала искать мира, дабы заняться проблемами внутренними, а задолжавшая всем Япония была тоже рада побыстрее разделаться с войной, так как её экономика была истощена.

В войне со стороны России было много странных вещей, исключающих объяснение в пределах военной науки ссылкой на «бездарность командования», хотя цепь случайностей, приведших к войне, и в ходе войны — глупости, наделанные гойской бюрократией. Но любая бюрократия всего лишь придаточное звено от заказчика политики к результатам политики, нужной заказчику, хотя сама бюрократия этого не сознаёт (как же, она такая умная, титулованная, награждённая — титулы и награды дурням не дают. Народ не даёт, — но даёт всё не народ, а правящая мафия).

Международный капитал достиг за десять лет после смерти Александра III определенного рубежа на пути к своей цели — окончательному свержению САМОдержавия России.

А.Селянинов (ист. 29[5], стр. 258) ссылается на французскую газету «Прессе»: «Япония не одна ведёт войну с Россией; у неё есть могущественный союзник — еврейство».

Итогом русско-японской войны явилось дальнейшее углубление экономического кризиса в России, и он вылился в подъём революционной борьбы.

Унижение России, её государственности было велико, как никогда до этого за все времена царствования Романовых.

Страна лишилась флота. Отдала всё, что нахапала в Китае и Корее. Отдала даже часть своей территории — южную часть Сахалина. И здесь вылезли уши заказчика (но скорее, не уши, а что-то обрезанное). После того, как в Портсмуте начались мирные переговоры между Россией и Японией, посол США в России — Мейер (еврей) — убедил Николая II в необходимости отдать Японии южную часть Сахалина. Телеграмма (секретная шифровка) Николая с разрешением этой уступки Витте, ведшему переговоры, стала известна японцам вряд ли без посредничества Мейера, и Витте пришлось уступить. Об этом пишет «Морской сборник»[7] № 7, 1988 г., стр. 88. Об этом же пишет Витте в своих мемуарах. Мемуары Сергея Юльевича изобилуют примерами поразительной осведомленности и вмешательства Сиона в дела России.

Предыдущая страница / К оглавлению / Следующая страница

[1] Юлиан Семёнов (1931 — 1993) — автор популярных в конце 1970-х гг. детективов на историко-политические темы; автор сценария сериала «Семнадцать мгновений весны»: хотя смотрелся захватывающе, но исторически недостоверен. (Пояснение 2007 г.).

[2] Она была переиздана в постсоветские времена. (Пояснение 2007 г.).

[3] В 1960-е гг. по экранам страны прошёл фильм Эрика фон Дэникена «Воспоминания о будущем», посвященный теме контактов с пришельцами в доисторический период. (Пояснение 2007 г.).

[4] Главком ВМФ СССР в период 1955 — 1985 гг.

[5] Преемник С.Г.Горшкова на посту Главкома ВМФ.

[6] «Тайная сила масонства», С-Петербург, 1911 г.

[7] Ежемесячный журнал Министерства обороны СССР, посвящённый военно-морской тематики, с изрядной доли