** В общественно-философском романе «Час Быка» советский ученый и писатель Иван Антонович Ефремов ввёл <в широкое употребление>[1] очень емкий термин «инферно».

«Инферно — от латинского слова «нижний, подземный» — оно означало ад. До нас дошла великая поэма Данте, который, хотя писал всего лишь политическую сатиру, воображением создал мрачную картину многоступенчатого инферно. Он же объяснил понятную прежде лишь оккультистам страшную суть наименования «инферно», его безысходность. (…) Пресловутый естественный отбор природы предстал как самое яркое выражение инфернальности, метод добиваться улучшения вслепую, как в игре, бросая кости несчётное число раз. Но за каждым броском стоят миллионы жизней, погибших в страданиях и безысходности. Жестокий отбор формировал и направлял эволюцию только в одном, главном, направлении — наибольшей свободы, независимости от внешней среды. (…) Происходило умножение недозрелого, гипертрофия однообразия, как песка в пустыне, нарушение уникальности и неповторимой драгоценности несчётным повторением… Проходя триллионы превращений от безвестных морских тварей до мыслящего организма, животная жизнь миллиарды лет геологической истории находилась в инферно.

Человек как существо мыслящее попал в двойное инферно — для тела и для души. Ему сначала казалось, что он спасается от всех жизненных невзгод бегством в природу. Так создавалась сказки о первобытном рае. (…) инферно для души — это первобытные инстинкты, плен, в котором человек держит сам себя, думая, что сохраняет индивидуальность. (…)
Только создание условий для перевеса не инстинктивных, а самосовершенствующихся особей могло помочь сделать великий шаг к подъёму общественного сознания. (…) с развитием мощных государственных аппаратов власти и угнетения, с усилением национализма с накрепко запертыми границами инферно стали создаваться в обществе. (…) Эрф Ром[2] заметил тенденцию всякой несовершенной системы самоизолироваться, ограждая свою структуру от контакта с другими системами, чтобы сохранить себя. Естественно, что стремиться сохранить несовершенное могли только привилегированные классы данной системы — угнетатели. Они прежде всего создавали сегрегацию своего народа под любыми предлогами — национальными, религиозными, чтобы превратить его жизнь в замкнутый круг инферно, отделить от остального мира. Поэтому инфернальность была неизбежно делом их рук. Так неожиданно реализовалось наивно-религиозное учение Мани о существовании направленного зла в мире — манихейство…

Эрф Ром предупреждал человечество не допускать мировое владычества олигархии — фашизма или государственного капитализма. Тогда над нашей планетой захлопнулась бы гробовая крышка полной безысходности инфернального существования под пятой абсолютной власти, вооружённой всей мощью страшного оружия (…) и не менее убийственной науки. (…)

И никто, и ничто не могло помочь, нельзя было покинуть тот замкнутый круг инфернальности, (…), в котором животное появилось на свет в слепом инстинкте размножения и сохранения вида.

А человек с его сильными чувствами, памятью, умением понимать будующее скоро осознал, что, как и все земные твари он приговорён от рождения к смерти. Вопрос лишь в сроке исполнения и том качестве страдания, которое выпадет на долю именно этого индивидуума. И чем выше, чище, благороднее человек, тем большая мера страдания будет ему отпущена «щедрой» природой и общественным бытием — до тех пор, пока мудрость людей, объединившихся в титанических усилиях, не оборвёт этой игры слепых стихийных сил, продолжающейся уже миллиарды лет в гигантском общем инферно планеты…» (И.А.Ефремов, «Час Быка», изд. 2 дополненное, стр. 116 — 120 с изъятием части текста). «Длительные усилия превратят безысходные круги инферно в разворачивающуюся бесконечную спираль» (Там же, стр. 232).

«Туманность Андромеды» — вариант будущего, светлый и прекрасный.

«Час Быка» — вариант будущего, о котором можно сказать, что живые позавидуют мёртвым. Оба романа написаны одним человеком: «Туманность Андромеды» в 1957 г., «Час Быка» — в 1969 г. Такие книги, как «Час Быка», не пишут из праздности, это предостережение, стоившее его автору может быть и жизни. (Иван Антонович умер не старым, а официальная власть выражала недовольство после издания «Часа Быка»). И не случайно мрачный «Час Быка» появился после жизнеутверждающей «Туманности Андромеды»; надо быть очень наивным, чтобы видеть в нём памфлет на «эпоху застоя», замаскированный под критику «маоизма».

Предыдущая страница / К оглавлению / Следующая страница

[1] Здесь и далее в угловых скобках наши текущие добавления по контексту при подготовке к изданию сводного текста «Разгерметизаци» в 2007 г.

[2] Фантастический Эрф Ром — это почти открытое указание И.А.Ефремова на известного западного социолога и психолога Эриха Фромма (1900 — 1980), труды которого при КПСС были доступны только через получение допуска к литературе «спецхранения» в библиотеках, доступ к которой ограничивался по профессиональному признаку и соображениями сохранения «девственности марксизма» в СССР. Э.Фромм занимался как психологией общества в целом, так и индивидов. После 1991 г. в России были изданы некоторые его работы, в частности: «Анатомия человеческой деструктивности», М., 1994; «Душа человека», М., 1992; «Адольф Гитлер, клинический случай некрофилии», М., 1992. На Западе Эрих Фромм обрёл популярность ещё при жизни и считается одним из крупнейших мыслителей-гуманистов ХХ века. (Пояснение 2007 г.).