Исследования





Пользовательского поиска


Вђка и вђхи русскаго правописанiя

Андрей Митин
директор ССРЯ

На многие процессы, идущие в современном языке, можно взглянуть совсем другими глазами, если проследить за тем, как русское правописание менялось в течение веков.

Только за ХХ век кардинальных изменений было несколько, из них кардинальнейшее прошло аккурат в славную революционную пору (хотя и было подготовлено ещё славистами Российской империи). Следующее грянуло в середине 1950-х годов. Были лёгкие споры вокруг якобы назревших дальнейших изменений в 60-е и 70-е. К 80-м порох в пороховницах у научной общественности иссяк в связи с тем, что на горизонте жизни возникли новые, «более важные» дела — политические и экономические.

Сейчас, когда капиталистические отношения в обществе в целом утрясены, умами вновь овладевает старая напасть: как сделать так, чтобы изменившийся и продолжающий ежегодно меняться язык стал ближе к жизни. Мы все слышали о том, что группа лингвистов Российской Академии Наук подготовила проект изменений в правописании, что Государственная Дума вот-вот примет закон о русском языке (а вернее сказать, начнёт скрещивать вокруг него копья). Эх, и долго же это будет тянуться…

А пока сравним и посмотрим, стоило ли вообще что-то реформировать.

Современное написание — «Микеланджело». А ещё в 1900 г. писали: Микель-Анджело. То же самое и с Леонардо да Винчи — Леонардо-да-Винчи. Писатель Золя был ранее известен по-русски как Зола.

Частицы же, ли, бы писались с дефисом: тех-же, так-ли, хотела-бы.

То есть, которое сейчас сокращается вот так: т. е., раньше существовало в другой форме: т.-е.

С другой стороны, что-либо писалось без дефиса: что либо.

Вот так писались некоторые слова — всего ВЂКЪ назад:

выйтивыйдти
сумеетсъумђетъ
растирости
мачехамачиха
мифмиθъ
йотаiота

Приставки без-, воз-, раз-, из- никогда не оглушались. Поэтому многие знакомые нам слова писались вовсе не так, как слышались и произносились: изслђдованiя, возстановленiе, безконечность.

Буква ъ — нынешний твёрдый знак — ставилась после каждого слова, оканчивающегося на твёрдую согласную. В наследство от прошлых веков языку досталась буква ять, похожая на твёрдый знак, но с более высоким «хохолком», вот такая ђ — она ставилась во многих словах там, где сейчас стоит е, и нередко служила для смыслоразличения: всё — всђ (сейчасъ всђ все узнаютъ), село — сђло (солнце сђло за село), мёл — мђл (мелъ, мелъ полы да и нашелъ мђлъ), нежить — нђжить (какъ не противно ему нежить этакую нђжить). Именно отмена ятей до глубины души возмутила в 1917 г. почти всех писателей, в особенности — чутких к слову поэтов. В словах, пришедших из греческого, вместо ф стояла «фита» — θ, похожая для нас на перечёркнутую заглавную О или на компьютерный нолик.

Достойное место занимала ныне латинская i: век назад, да какой там век — ещё восемьдесят лет назад она входила в русский алфавит и называлась «i десятеричное» (буква и называлась «и восьмеричное»). Когда с некоторой запинкой читаешь книги дореволюционной поры, порой трудно избавиться от ложного впечатления, что перед глазами современный украинский текст, — так щедро рассыпаны повсюду i. И правило для этой буквы было простым: i ставилась всегда перед гласными или й.

Слово идти вплоть до середины 50-х гг. писалось как итти (сегодня компьютерные программы проверки орфографии воспринимают это как ошибку).

Одним из любопытных архаических правил (знатоки польского языка не дадут соврать — у поляков это ещё сохранилось) было следующее: форма множественного числа женского рода отличалась от множественного числа мужского и среднего рода. Они, светила, — но онђ, звђзды.

Окончания прилагательных тоже были другими. К примеру, родительный падеж мужского и среднего рода был таким: «мужескаго, средняго» (вновь бастует современный орфоконтроль). Окончание множественного числа женского рода в именительном падеже — «мягк подушки», «разныя вещи».

Зато букву ё, как и сейчас, не жаловали и писали исключительно при необходимости.

Многие слова, заимствованные ещё в XIX веке и ранее из латыни и греческого, писались с удвоенными согласными. Сейчас они «уплотнились». Вот, к примеру: аггрегатъ, конкурренцiя, гриммировка, оффицiальный, аггрессивный. Коварный «коллежский асессор» был не столь страшен гимназистам, сколь современным школьникам, потому что принято было написание ассессоръ.

Реформа Временного правительства после февральской революции 1917 г. многое унифицировала и свела к примитиву. Многие её положения, которые до сих пор оспариваются, сослужили дурную службу как языку, так и русской культуре. Теперь отвлекающее от смысла дополнительное усилие часто требуется при чтении для распознавания омонимичных слов — тогда как в дореволюционной орфографии отличия были чётко видны. Исчезла уникальность, появилась типовая, стандартная, порой слишком однообразная кириллица.

Напрочь позабыто правило написания приставок не- и нђ-. Если первая обозначала категорическое отрицание: нечисть, нелепый, неяркий и т.д., то нђ- давала значение «смутность, неопределённость, неясность» и писалась в таких словах, как нђкто, нђчто, нђкоторый… Правила, касающиеся этих приставок, были чёткими, логичными и, не побоюсь сказать, красивыми.

Есть вещи, о которых до сих пор жалеют любители русского языка всех времён и народов. Например, слово мир. Раньше, когда смыслоразличение происходило на уровне правописания, миръ был антонимичен войне, а мiръ означал вселенную, общество,общность и содружество всех людей. Сейчас и то, и другое произносятся и пишутся одинаково.

Напоследок всего одна фраза из сборника «Вђхи». Полюбуйтесь на забытые ныне буквы, оцените льющиеся слова:

Но сейчасъ мы духовно нуждаемся въ признанiи самоцђнности истины, въ смиренiи передъ истиной и готовности на отреченiе во имя ея.

Особенно хорошо: во имя ея!