Исследования





Пользовательского поиска


Стилистические ведомости

5. Эмоциоматика

Андрей Митин
директор ССРЯ

Кто сказал, что язык УЖЕ весь полностью инвентаризован, смазан, упакован, подсчитан и уложен на полочки? Кто сказал, что ничего нового в нём невозможно не то что обнаружить, нельзя даже представить, что в ней есть что-то ещё, чему НЕ посвящены а-агромные тома учёных, исследователей, грамотеев?

Нет, в нём есть масса неизведанного, неоткрытого, непознанного. Можно даже сказать — НЕОПознанного.

Внимайте, граждане любезные.

К примеру, всем известно по школе, что наука грамматика делит слова на имена существительные, имена числительные, имена прилагательные. Наличествуют также глаголы, наречия, причастия, деепричастия и целый ворох классов понезначительнее: всякие там союзы с частицами и предлоги с артиклями.

Всех их выявили в своё время дотошные исследователи языков, сопоставив функции, которые они имеют в предложениях, и формы, по которым они изменяются.

Они проанализировали язык с точки зрения его состава и изменений в этом самом составе. Разумеется, искать, находить и опúсывать эти самые изменения — всё это до сих пор и является полем, на котором трудятся грамматики.

Есть ещё и другие науки: орфоэпия, лексикология, лингвистика… масса их. Они изучают язык… со стороны языка, как такового. Не сближая себя с тем, кто собственно и производит язык — с самим человеком. И у них, в свою очередь, есть свои полностью прописанные симфонии.

Мы бы хотели устранить вышеуказанное досадное недоразумение и сблизить науку и человека. Через создание нового направления: а именно, через изучение… эмоционального строя языка.

Не доводя вас, уважаемые, до скуки описанием подготовительных трудов (сбора информации и анализа ея), перейду сразу к делу.

Назовём то, о чём я сейчас поведу речь так: наукой о том, как с точки зрения эмоционального настроя человека слова, им произнесённые или написанные, могут дифференцироваться, сочетаться, выстраиваться в порядки и являть собой структуры для строго и беспристрастного анализа.

Маленькое отступление для более сочного продолжения.

Речь устная, в отличие от речи письменной, обладает несравненно бóльшим богатством как смысла, так и смысловых оттенков. Анализ устной речи позволяет выявить гораздо больше информации, нежели анализ речи письменной. Судите сами, между словом «дурак» написанным и словом «дурак» ПРОИЗНЕСЁННЫМ — лежит такая огромная разница, что вычленять ту бездну информации из устного слова, произнесённого конкретным лицом в конкретной ситуации, с конкретной интонацией, с конкретной хрипотцой или без оной, с конкретными… многими составляющими — гораздо легче, чем всматриваться в порой ничего не значащее, унылое, скорбное и поддающееся лишь механистическому описанию, всего лишь написанное слово. Ведь устную речь мы воспринимаем не только как безликий текст, но и как конкретного человека, или просто голос. Другими словами, и его мимику или интонацию, и его жесты или мелодику речи, цвет глаз или тембр, манеру или скорость артикуляции.

Поэтому-то, единица новой науки (то, о чём мы ведём речь) — наверно, не есть слово. Одни и те же слова эмоционально могут быть разными. То, о чём мы ведём речь — есть суть направленность эмоции и её окрашенность. В зависимости от ситуации, в которой оно произнесено, в зависимости от подтекста, с которым оно сочетается, в зависимости… можно продолжать и продолжать.

Логично было бы как-то назвать этот эмоциональный феномен. И методологически оформить его в надлежащий вид.

Ну скажем, вот так: эмоциома (по аналогии с фонемой, лексемой, морфемой, мифологемой и, в какой-то мере,.. анафемой).

Фактор эмоциональности, если рассматривать его в отрыве от грамматической структуры предложения и текста, лексической — слова, орфоэпической — произношения, распадается на несколько частей. Первую, самую большую, самую объёмную часть рассматривает наука стилистика (с моей точки зрения это не наука, а… набор псевдонаблюдений). Она тщится представить на суд наш анализ эмоционального, и не только, настроя и посыла текста.

Вторая наука, которая краем касается эмоциоматики, есть лексикология. Наука о словах и их значениях. В самом значении слова заложена порой такая бомба эмоциомы…

Науки, изучающей квинтэссенцию эмоциональной подоплёки говорения и писания (употребления языка), нет. Вернее, не было. Сейчас она появляется. Прямо у вас на глазах.

Добро пожаловать, эмоциоматика.

Упорядоченно, но в самой приблизительной и грубой оценке, эмоциома всегда принадлежит к одному из семи элементов. Или к одному из семи имён. Или к одному из семи цветов. Все они интуитивно, при малом напряжении мозга, могут быть выявлены любым человеком. Вот они:

элементы радости, горя, ненависти, любви, обучения, страсти, нейтральности.

На самом деле их можно назвать и по-другому, более описательно, чтобы было ясно, какие именно характеристики позволяют располагать и называть элементы так, а не иначе.

Радость — положительная эмоция, направленная от себя вовне.
Ненависть — отрицательная эмоция, направленная от себя вовне.
Обучение — положительная эмоция, направленная снаружи на себя.
Горе — отрицательная эмоция, направленная снаружи на себя.
Любовь — положительная эмоция, без чёткого направления.
Страсть — отрицательная эмоция, без чёткого направления.
Нейтральность — отсутствие эмоций.

Вышеописанные выражения эмоций исчерпывающи.

Данные элементы, их наложения друг на друга, их взаимопересечения и составляют поле исследований эмоциоматики.

Базовый рисунок, ткань языка в «поимённом» назывании всех слов текущей речи эмоциоматично — есть задача идентификации, или — когда какое слово имеет характеристику какой эмоциомы. Справившись с этой задачей, т. е. чётко определив — какой — и можно выстроить конструкцию эмоциоматики.

Первое, очевидное, лежащее на поверхности наблюдение такое: есть эмоциомы, которые не могут быть употреблены вместе. Подряд. Даже близко. Подобные несочетания поддаются логичному объяснению с позиций даже здравого смысла: они не могут сочетаться в силу разного эмоционального подхода. Назовём тогда ряд эмоционально схожих, похожих, сигнальных эмоциом эмостроем. Или эмомостом. И выведем правило отрицания: эмомост состоит из положительных либо отрицательных, либо положительных/отрицательных эмоциом вместе с нейтральными, но никогда вперемежку отрицательных и положительных. (Если отрицательные и положительные эмоциомы идут вперемежку — а бывает и такое — то это, скорее всего, монолог пациента одного из всем известных диспансеров. Но клинические случаи мы рассматривать не будем.)

Второе, более сложное наблюдение: сильные эмоциомы не могут идти более пяти раз, а если они идут — то тем самым априорно теряется весь их эмоциональный запал и они автоматически переходят в разряд опосредованных, либо нейтральных эмоциом. Это правило эмоциоматики, кстати, перекликается с 26-м правилом риторики: «Избегай пяти синонимов подряд!» Ибо, с одинаковым запалом произнося то, что после третьего синонима становится яснее ясного, трудно добиться именно эмоционально адекватной реакции аудитории.

Есть и ещё одно наблюдение, понять которое тоже несложно: так же как в грамматике, в эмоциоматике есть эмоциомы-конструкторы (те, на которые опирается «каркас» предложения-эмоции) и эмоциомы-материалы. Ко вторым, как вы уже догадались, относятся указанные нами выше эмоциомы седьмого плана: нейтральные, неглавные, непонятные, неточные. Это же правило объясняет и то, почему это происходит: да потому что эмоция должна быть соответствующе обрамлена. Один, два элемента должны быть выпуклы, ярки, другие — давать оттенки и создавать «поле». Вместе они и предоставляют тот эффект, который мы всегда наблюдаем в нашей речи (судачим ли мы с соседкой, внушаем ли необходимость делания уроков своему бестолковому отпрыску, или делаем доклад на конференции).

Кстати, одно из интереснейших правил эмоциоматики, это пересечение её с чистой грамматикой. Все без исключения частицы (в грамматике элементы вспомогательные, не несущие основной нагрузки, а долженствующие «помогать» основным именам строить предложение) в эмоциоматике являются сильнейшими эмоциомами. Т. е. составляющими эмо-«ось» предложения. Именно поэтому они так редко употребляются. Потому что очень сильны эмоционально. Тогда как базовые имена грамматики — несущие в себе основной заряд информации — в эмоциоматике переходят в разряд вспомогательных. То бишь они действительно помогают донести информацию… но и только-то.

Пересечения с грамматикой обнаруживаются и в других областях: коварно перерастая в совершенно другие правила, подчиняясь совершенно другим законам.

К примеру, любой набор якобы нейтральных эмоциом неизбежно распадается в своём едином строе на ТОЧНО такую же характерную обрисовку — выявление главного и второстепенного — как и в грамматическом анализе. Другими словами, синусоиды эмоций незримо присутствуют в любой артикулированной речи. В письменной эффект суше, ровнее, он скрыт от анализа беспощадной унификацией алфавита. Эмоциоматика не может рассматривать речь письменную как поле своих исследований, в силу априорной безэмоциональности письменности. Вся её якобы эмоциональность сводится, по существу, к уровню воображения реципиента/читателя, именно поэтому одни виды литературы (берём уровень ниже — писатели, литераторы, журналисты, газеты, журналы) оцениваются им положительно, а другие— отрицательно.

И этому есть великолепное объяснение: ведь эмоциомы, в самом-то деле, в языке… блуждают. Да, да. В зависимости от многих причин, главными из которых являются триединство: кто, как и по какому поводу — слово СКАЗАННОЕ может быть описано по-разному.

Назвать крик ужаса «А-а-а!!!», исторгнутого из уст перепуганной женщины, подвергшейся нападению хулиганов, частицей — всего лишь! — всегда как-то… не очень точно. Другое дело в эмоциоматике: это слово в конкретной ситуации есть эмоциома страха.

Это же слово в другой ситуации, — мама поёт бессловесную песню своему малышу — может стать эмоциомой покоя.

Нежный шёпот друга в ушко подруги: «Милая/Darling/Cулико ты моя, Сулико!» — категорично есть эмоциома ласки.

Фамилия Козлов из небезызвестного анекдота — относится к эмоциоме пренебрежения.

Владимир Владимирович Путин — есть незыблемая эмоциома пиететная.

А вот эмоциома данной статьи может быть и такой:

КАК ЛИХО МЫ ВАС ВСЕХ РАЗЫГРАЛИ!